Вот о чем я сегодня подумала...

      Каждый из нас хранит в памяти воспоминания о месте своего рождения , о малой родине, где он рос, взрослел, учился понимать и воспринимать окружающий мир, где жили его родители, где все было первым, неосмысленным и удивительным . И, чем дольше мы живем, тем притягательней и дороже становятся для нас наши детские впечатления, ощущения, привязанности. Память все чаще возвращает нас к истокам, к тому трогательному периоду нашей жизни, когда деревья были большие, мама и папа юные и веселые, мир полон красок и солнечного света.

       Каждый ребенок мечтает поскорее стать взрослым. Каждый взрослый с грустью размышляет о невозвратности и неповторимости согретых родительской любовью детских лет. И даже если нам в силу каких-нибудь сложившихся обстоятельств, вдруг очень захочется поменять себя, свои, привитые родителями и окружением, в котором мы росли, привычки, характер, манеры, язык, на котором произнесли первые слова, - жизнь либо научит нас не предавать себя, либо жестоко накажет за предательство.

       А что делает с нами наша генетическая память? Она настигает нас неожиданно, ошеломляет, вопреки всему заставляет поверить в туманные рассуждения о прошлых жизнях, становится источником потрясающих открытий и непременным желанием разобраться в загадках, хранящихся внутри нас.

      Каждый человек неповторим и уже за это достоин уважения.

Семейный альбом. В моем случае - чемодан.

      Каюсь, новенький сканер, такой желанный и, казалось, такой необходимый, на моем рабочем столе стоит уже несколько месяцев почти без дела. Нет, я, конечно, научилась им пользоваться – это не сложно. Я окружила себя картонными коробками с негативами и огромными чемоданами плотно набитыми фотографиями…
       Я не знаю с чего начать. Как к этому подступиться. Что важнее? Что интереснее? Так мало времени и так много всяких дел, которые не дают сосредоточиться.
       Да, и еще предвкушение. В этом состоянии я нахожусь уже много лет и, похоже, не хочу из него выходить.
      Короче: зрею, но очень медленно.
      Первым делом моя рука потянулась к случайным негативам, бессистемно разбросанным по разным пакетам и бумажным конвертикам с именами моих близких, домашних. Думаю – это естественно. Каждому бывает интересно иногда поразглядывать свои детские снимки, фотографии уже ушедших родителей, повспоминать, поностальгировать.
       Я знаю, семейные альбомы интересны, как правило, только членам семьи. Все остальные их смотрят в основном из вежливости. Я не предлагаю вам рассматривать себя. Я предлагаю вам посмотреть Город, в котором мы жили и который служил нам роскошным, неповторимым и, увы, уже не существующим фоном

      Эту фотографию я уже размещала в интернете. Она отсканирована давно. Это улица Куйбышева, дом, самый маленький, двухэтажный, где я родилась.  Уже тогда местные жители были против переименований улиц и поэтому все дружно и категорически называли ее дореволюционным именем: Прозоровская. В 90-х ее снова переименовали. Правда, имя вернули самое первое, которое было еще до Прозоровской – Эспланадная.  Итак, улица Прозоровская, 26. 1955 год.    



Collapse )

Киев. Ждут Фиделя Кастро.


        Историю этой фотографии я не помню по причине малолетства.
      В 1963 я только начала посещать детский сад во дворе дома № 4 по ул. Горького, рядом с Красным корпусом Университета и парком  Шевченко.
       Вот как раз мимо этих домов на площади им. Льва Толстого по утрам и вечерам, держась за руку кого-нибудь из своих родственников, я, горько рыдая шла в сад и радостно подпрыгивая - домой.
       Я знала, что мой папа - фотограф, что он всегда, везде и всех фотографирует. Я этим уже гордилась и хвасталась, ведь тогда еще фотоаппарат в семье был большой редкостью.
      Я даже знала, что к нам в город приехал знаменитый Фидель Кастро, о котором очень много говорили и по телевизору, и на вечерних посиделках в нашем бессарабском дворе.
      И даже в детском саду мы выучили новую песню:

                                                                     Есть на свете Куба,
                                                                     Есть народ-герой.
                                                                     Куба, Куба, Куба –
                                                                     Мы всегда с тобой!
                                                                    Солнце льет на Кубу
                                                                    Яркий теплый свет
                                                                    Куба, Куба, Куба,
                                                                    Шлем тебе привет!
      Может быть, когда-нибудь я раскопаю среди старых негативов более значимые фотографии этого события. Ну а пока только эта.

На конвертике, в котором хранился негатив, папиной рукой написано: Киев. Ждут Фиделя Кастро.

(no subject)


Вчера была в гостях у Лариосика, в Житомире. Утопающий в ароматах цветущих акаций провинциальный Житомир с церквями и костелами, с неистребимой совковостью хрущевок и административных зданий в стиле сталинского барокко обильно задекорирован желто-голубыми флагами и рекламными щитами с призывами поддерживать АТО.

И только этот маленький памятник булгаковскому персонажу с чемоданом книг и рукописей, с завернутым в единственную уцелевшую рубашку собранием сочинений Чехова напоминает о том, что все преходяще, все уже было в нашей истории, вечными бывают только человеческая доброта и любовь.

" Мы встретились в самое трудное и страшное время, и все мы пережили очень много… и я в том числе. Мой утлый корабль долго трепало по волнам гражданской войны… Пока его не прибило в эту гавань с кремовыми шторами, к людям, которые мне так понравились… Впрочем, и у них я застал драму… Время повернулось. Вот сгинул Петлюра… Мы все снова вместе…"

(no subject)

      Папа умер в новогоднюю ночь, в миллениум.
      В темных дворах и переулках взрывались  петарды, взлетали  и с треском рассыпались в ночном небе разноцветные  фейерверки. Город не спал, праздновал  приход нового года, века, тысячелетия. В окнах светились новогодние елки. Люди смеялись, пили шампанское и, как обычно  в новогоднюю ночь, всем казалось, что завтра жизнь изменится и непременно к лучшему.
       К утру город замер, устав от праздника .  На улицах стало тихо, безлюдно и сонно.
      Осознать смерть близкого человека так быстро нельзя, не получается. В голове обрывки рассеянных мыслей, тщетные попытки сосредоточиться на вопросах: что надо делать, куда звонить, кого звать?  И какая-то неловкость от того, что кого-то надо беспокоить в новогоднее утро.
      Пришли соседи, приехала милиция. Что-то писали, подписывали. Потом вызвали тех, кто умеет спокойно и по-деловому, не обращая внимания на проявления первых эмоций у окружающих, завернуть труп в одеяло, снести по  узким лестницам хрущевской пятиэтажки, погрузить в машину и увезти в морг.
     Все! От полученных наставлений о дальнейших действиях в голове рождается еще один житейский вопрос: где брать  и сколько надо денег на похороны?  Горевать некогда. Да и не хочется. Глаза не плачут. Сердце не болит. Не дошло еще.
     Я оглядываюсь в опустевшей квартире, где папа пролежал долгих пять лет. Его болезнь была смертельной, ничем не лечилась и врачи давно о нем забыли.
     Мир вокруг менялся стремительно, а в этой комнате все оставалось не тронутым: вещи, посуда, книги, огромное количество журналов, газет,  аудиокассет и пластинок. На полу в беспорядке стояли большие картонные коробки. В них хранились фотографии и негативы – результат многолетнего папиного труда на поприще фотожурналистики. Папа называл эти коробки « мое богатство», при этом он горестно вздыхал и всякий раз повторял, что когда он умрет, все это пропадет. В нелегкой заботе о лежачем больном, во мне  этот фотохлам  вызывал  грусть и даже раздражение.  Я иронично называла себя «богатой наследницей»  и всякий раз, подметая пол, старалась терпеливо подбирать все вывалившиеся пакетики ,  рассовывать их по коробкам, чтобы с очередным сквозняком весь этот процесс опять повторился.
     Вот и в это утро, в суете вокруг покойного, мы бессовестно затоптали его рассыпанное по полу   «богатство».  Я  привычно наклонилась, чтобы все собрать и вернуть на место. Какие-то записки, маленькие бумажные конвертики наполненные негативами и фотоотпечатками, возле еще не прибранного дивана – фотография напечатанная на двух полосках склеенной фотобумаги. Обычно папа так делал, когда соединял два кадра в широкую панораму.  На фотографии – поле, поросшее высокой травой, густой кустарник, вдали роща. Простой, не здешний, ни чем не примечательный пейзаж. Зачем надо было это фотографировать, тратить пленку, клеить бумагу? Переворачиваю снимок. На обратной стороне  знакомым почерком написана короткая фраза. Читаю. По спине бегут мурашки. Сердце отзывается жгучей болью. От нахлынувшего горя подкашиваются ноги.
     Морозный ветер из приоткрытой балконной двери случайно с ворохом бумаг снес именно эту фотографию, на которой умерший в эту ночь папа когда-то написал: Вот здесь я родился.


Вот здесь я родился
Смоленская область, Сычевский район. На этом месте была деревня Потлово, стертая с лица земли в 1941 году.

О тех, кого я помню и люблю.

                                                                       МОЙ ДОБРЫЙ ПАПА.



              Photo4

                Вот этот человек на фотографии с  весело вскинутой вверх рукой   -  мой отец, Бормотов Александр Тимофеевич,  фотокорреспондент РАТАУ – ТАСС, член Союза журналистов Украины и СССР. Рядом с ним – его коллега по фотохроннике РАТАУ Анатолий Поддубный.  Оба в 70-80-х годах прошлого столетия хорошо известные в Киеве и на Украине журналисты.
                   
Collapse )

О тех, кого я помню и люблю.

                                                                                   ТАТЬЯНА ДОРОНИНА.


Сегодня этой удивительной, непревзойденной по таланту и красоте женщине - 80 лет. Грустно, что уже так много.
доронина (3)

Collapse )

Альенде Киев

                                                                                     ПАМЯТИ АЛЬЕНДЕ

          Сорок лет назад 11 сентября 1973 года в очень далеком от нас государстве Южной Америки произошел военный переворот. Погиб президент Чили Сальвадор Альенде. Трагедия разыгралась после того, как мятежные солдаты ворвались в президентский дворец ЛА-Монеда в Сантьяго. Перед этим резиденция Альенде подверглась бомбардировкам с воздуха и обстрелам танковых орудий.
         История давняя. Но многие, кто помнит этот день, до сих пор с волнением переживают это событие. Мы плакали. Нам было больно и горестно.Чем же так поразил наши души этот человек, политик из такой не близкой нам и почти незнакомой страны?
Collapse )

Киев, пляжи.

   
                                                                       О КИЕВСКИХ ПЛЯЖАХ.

       Мне очень захотелось поддержать ребят, которые снимают и размещают  в сообществе "Интересный Киев", ну пусть  не очень профессиональные фильмы о заброшенных и почти утерянных киевских реках. В комментариях к ним много рассуждают о качестве и зрелищности съемок. И почти ничего о самом главном.
       Люди! Киевляне! По моему это не до конца осознанный даже авторами этого сериала крик души. Что мы творим с нашей удивительно красивой природой! Мы разглядываем этот мусор в живописных лесах, оврагах и ручьях, мы сокрушаемся и сожалеем. Но мы примиряемся с этим, мы успокаеваем себя тем, что  ничего не можем с этим поделать.
       Лет 10 назад я поселилась на самой крайней улице Троещины, на Милославской. И мне тоже, к сожалению без видеокамеры, часто  хотелось покидать эту искусственно созданную человеком песчаную пустыню, где без регулярного полива - а его здесь почти нет - не растут ни деревья, ни трава, ни цветы,  и хотелось бродить по сохранившимся оазисам заливных лугов с ручьями, болотами, озерами и  мелиоративными каналами.
        Элитный поселок в районе села Погребы расположился вдоль одного из таких живописных озер. Все, как положено: шлагбаум, охрана, высокий забор по всему периметру и шикарные виллы. И прекрасное озеро вдоль забора, к которому гадко приблизиться из-за гор мусора. Сложилось такое ощущение, что обитатели этих респектабельных жилищ тупо выбрасывают свой мусор через этот самый забор. Что это? Менталитет? Неистребимое жлобство? Дальше даже не хочу думать, как это назвать...
       А вот,если я не ошибаюсь в названии, Верхнее Вигуровское озеро, которое тянется вдоль последних домов по улице Закревского, между Милославской и ул. Цветаевой.

Троещина Озеро (2)
Collapse )